Начало
Глашатай
Островът на костенурката
Арктика и СубарктикаСевероизточни горски индианциЮгоизточни горски индианциИндианци от Великите равниниИндианци от ПлатотоИндианци от Северозападния брягИндианци от КалифорнияИндианци от ЮгозападаАлманахГалерияРечникВръзки

Летописные традиции племени оглала

("Перечени зим" как исторический источник по истории и культуре индейского кочевого общества)

Глеб Борисов
МГУ, Факультет иностранных языков
Москва

Индейцы племени оглала-сиу когда-то свободно кочевали по огромным степным пространствам Северной Америки, охотились на бизонов, воевали с врагами и торговали с дружескимы народами. В конце ХIX века оглала, подобно другим индейским племенам, пережив серию военных конфликтов с американской армией и поселенцами, были загнаны в резервации. Время свободных кочевий ушло в прошлое, оставив в памяти народа глубокий след не исчезнувший за годы лишений и депрессии.
Время свободных кочевий племени оглала длилось недолго - около ста пятидесяти лет. Для европейского историка это очень малый срок, но для индейца, использующего современные евро-американские понятия, та эпоха длилась тысячи лет, и нескончаемая вереница поколений протянулась от гордого кочевника до современного индейца - жителя сегодняшней Америки.
Индейское понимание истории сильно отличается от доминирующей европейской традиции. Для представителя евро-американской цивилизации история представляется длинной цепью событий и имен, каждое из которых занимает свое место в сетке эпох, столетий, лет, месяцев, дней, минут и секунд. Отсюда вытекает основная ценность исторического факта в отношении к другим историческим постоянным. Индейцам присуще иное понимание истории, когда событие прошлого хранилось не в жестких хронологических рамках письменной истории, а в памяти народа, и оценивалось по своему отношению к народу. История в индейском понимании "не просто былое, но такое прошлое, как оно относилось к современности..."1.
Вместе с отличным от европейского пониманием истории народ оглала использовал другие единицы времени. Основными временными делениями у оглала были: год ("омака", или, более распространенное, "ванийету" - зима), и поколение ("вичойчаге", временной промежуток приблизительно в 60-70 лет, составляющих среднюю продолжительность жизни старого человека в индейском кочевом обществе). Отсюда происходит главная летописная единица - зима ("ванийету"). Подобно другим кочевым племенам Великих равнин, оглала вели летоисчисление (точнее "зимоисчисление") так: начало зимнего сезона, или выпадение первого снега заканчивало год. Лакотское название "ванийету йавапи" ("зимы считать/они считают") происходит именно от способа обращения к прошлому как к прошедшим зимам, вместо прошедших годов или лет. Летописная традиция оглала базируется на индейской календарной системе и прекрасно представлена знаменитыми "перечнями зим".
Два "перечня зим" племени брюле, близких родственников оглала, Баттиста Доброго и Высокого Ястреба имеют несколько так называемых "поколенческих" пиктограмм, обращающихся к мифологическому периоду истории тетон-лакота. Каждая такая пиктограмма представляла временной промежуток равный приблизительно семидесяти годам и фиксировала мифологические события вплоть до 900-х годов нашей эры. "Поколенческие" пиктограммы повествуют о событиях долошадного периода, встрече с Прекрасной Женщиной-Белой Бизонихой, обретении Священной каменной трубки тетон-лакота и многих священных церемоний, позже составивших основу традиционной жизни оглала и других племен тетон-лакота. Но, к сожалению, другие хранители не обращались к древним "поколенческим" пиктограммам, и поэтому система летописного деления прошлого на "поколенческие" круги остается до сих пор не ясна.
Другие деления времени (лакотский термин "ету"), например, дня ("ан'пету"), ночи ("хан'ету"), месяца ("вийету", буквально "лунный период"), сезона ("макочагайету", буквально "время изменения земли"), носили вспомогательный характер и не использовались в оглальской летописной традиции.
Пиктографические календарные летописи2, бытовавшие у ряда кочевых племен Северной Америки3 и среди оглала в частности, являют уникальное явление для кочевой культуры, прекрасно вписывающееся в рамки индейского понимания истории. Оглала называли свои племенные истории "хекта айвапи" (буквально "считая назад/они считают") и "ванийету вовапи" (буквально "запись зим", или "книга зим"). В научной литературе за индейскими летописями закрепился термин "перечни зим" (англ. - winter count), что является литературным переводом оглальского названия на диалекте лакота языка сиу-дакота: "ванийету йавапи" (буквально "зимы считать/они считают").
В индейском обществе "перечни зим" несли две основные функции. Во-первых, каждая летопись служила своеобразным календарем, обратившись к которому можно было определить временное расположение событий прошлых лет. Каждый индеец племени оглала мог определить дату своего рождения и год рождения друзей и родственников по событию занесенному в тот или иной "перечень зим". Помнив летописную формулу и пиктограмму, фиксирующую главное событие года своего рождения, индейцы могли узнать свой возраст подсчитав число событий-пиктограмм вплоть настоящего времени.
Другой функцией индейских летописей были задачи обучения и наставничества современников на примере событий пережитых народом в прошлом и накопленном предыдущими поколениями историческом опыте. Хранители "перечней зим" были хорошими сказителями и обращаясь к событиям зафиксированным в хрониках всегда могли припомнить ту или иную историю, относящуюся к знаменательному происшествию. Хранители-сказители занимали достойное место в обществе оглала, числясь пятыми по счету после шаманов, вождей, воинов и охотников4. Особо ценились шаманы, выступавшие в роли сказителей, за умение преподнести захватывающую историю, и, в тоже время, дар наставничества. Порою хранители летописей были одновременно и общинными глашатаями, ейапаха и предводителями акачита - племенной организации, выполнявшей полицейские функции.
Говоря иносказательно, индейские летописи, а точнее зимописи, были простым обращением к событиям прошлых зим/лет, начиная от современности до тех пор пока память позволяла это делать. Такими были древнейшие летописи, целиком хранившиеся в памяти хранителя. Каждое событие вызывало в памяти хранителя не только лаконичную устную формулу/поименование, но и соответствующий рассказ, привязанный к событию прошлого. В не имевшем письменности индейском обществе, подобные истории передавались из уст в уста, и неудивительно, что со временем каждое событие обрастало некими современными признаками добавленными рассказчиками. Так и современный индейский сказитель может поместить мифологического героя за руль автомобиля. Для индейца история всегда должна быть свежей и уместной для слушателей.
Племенные истории лежат на стыке двух главных категорий повествовательного жанра оглала: "охункакан" и "войакапи". Первая категория объединяет рассказы с "некоторыми вымышленными элементами", в то время как под "войакапи" подразумевались истории о реальных событиях"5. Объединяя мифологические аспекты рассказов категории "охункакан" и фиксированные события "перечней зим" хранители создавали священную историю народа. Без подобной связи с сверхъестественными происшествиями и божествами человеческая история теряла связь с настоящим, которое было пронизано магией и вмешательством богов и духов в жизнь индейцев.
Невозможно точно сказать когда впервые хранители устных племенных историй стали использовать рисунчатое письмо для записи событий прошлого. Введение пиктографического ряда в летописную традицию позволило хранителям расширить временные рамки своих летописей и унифицировало систему летописания. Индеец племени сихасапа, народа родственного оглала, так описывал пиктографические летописи: "каждый год некое событие изображалось [на шкуре - б.м. Г.Б.] касательно моего народа"6. Рисунок-пиктограмма, нанесенная на выделанную шкуру бизона или лося, была призвана помочь хранителю летописи восстановить в памяти краткую формулу, фиксирующую главное событие одного года, и во время обращения к событию прошлого не потерять основную канву рассказа.
Год за годом новые пиктограммы пририсововались к уже существующим на шкуре-летописи. Для удобства "чтения" индейский летописец-хранитель располагал пиктограммы последовательно друг за другом в форме спирали, как правило, начинающейся в центре шкуры и идущей к краю в направлении против часовой стрелки. К концу XIX века многие хранители пиктографических летописей стали использовать новые формы расположения пиктограмм, возникшие под влиянием евро-американских пришельцев - линейный и так называемый "серпантинный" (бустрофедональный).
К середине XIX века увенчались успехом труды христианского миссионера Стефана Риггса по созданию письменности на диалекте дакота языка сиу-дакота. Вскоре многие индейцы могли читать и писать на своем родном языке, не обращаясь к чуждому английскому. С распространением грамотности пиктограммы стали менее важны для большинства хранителей "перечней зим". Так произошло и в случае Джозефа Белого Быка (Птесан Хунка), известного вождя и воина племени хункпапа-сиу:
"Научившись писать на своем родном языке, Белый Бык не видел более необходимости в рисовании своей хроники на шкуре, и перенес события каждого года в тетрадь, специально приобретенную для этой цели"7.

Традиция летописания степных индейцев за период истории кочевого общества испытала как эволюционные, так и революционные изменения. До наших дней дошло более сотни летописей степных племен. "Перечней зим" индейцев сиу в настоящее время насчитывается более семидесяти, из них двадцать три летописи были собраны среди индейцев племени оглала. Большая часть оглальских "перечней зим" сохранилась в письменном виде, с годовыми формулами/поименованиями зафиксированными на диалекте лакота языка сиу-дакота, и/или, что случалось реже, на английском языке. Всего несколько летописей имеют пиктографический ряд с записанными первыми исследователями лаконичными ежегодными поименованиями.
Джеймс Уокер, крупнейший исследователь истории и этнографии тетон-лакота, разделял "перечни зим" племени оглала на три группы: Бычьего Медведя (Татанка Мато), Красного Облака (Махпийа Люта), и Американской Лошади (Васичу Ташунке). Все три имени принадлежат известным историческим лицам, жившим в XIX векe. Бычий Медведь предводительствовал большей частью оглала во время знаменитого разделения племени в 30-х годов XIX века на "Нацию Медведя" и "Нацию Дыма". Бычий Медведь был убит в 1841 году сторонниками Красного Облака, принадлежащего противоборствующей фракции оглала8. Красное Облако впоследствии был признан вождем большинством оглальских общин, и смог стать главной фигурой в отношениях с американским правительством в течении всего раннего резервационного периода. Вождь Американская Лошадь занимал нейтральную позицию между доминирующей фракцией Красного Облака и остатками "Нации Медведя", возглавляемой сыном Бычьего Медведя, вождем Маленькая Рана.
Группа "перечней зим" Бычьего Медведя является древнейшей среди оглала. Точная дата начала летописания неизвестна, но индейские информаторы рассказывали Уокеру, что ""перечень" был начат безымянным индейцем оглала неизвестно когда, но летопись уже считалась древней в год/зиму "Когда они провели обряд с конскими хвостами", зафиксированный под 1805 годом европейского летоисчисления.
По утверждению Джеймса Уокера, основывавшемся на мнении индейцев, "перечень зим" Бычьего Медведя теперь известен под именем последнего хранителя - Джона Безухого (Ноге Ванича). "Перечень зим" Безухого, дошедший до нас в письменном виде, начинается 1759 годом. Если придерживаться мнения, что 1759 год - дата начала летописи, то возраст "перечня" на год/зиму "Когда они провели обряд с конскими хвостами" исчисляется 46 годами, и, скорее всего, летопись к тому времени сменила по меньшей мере одного хранителя и действительно казалась древней. Уокер предполагал, что "перечень" был наследован или получен в дар Бычьим Медведем вскоре после 1815 года9. Предположительно, что некоторое время "перечень" хранился у Бычьего Медведя и, соответственно, фиксировал события затрагивающие жизнь фракции Бычьего Медведя. До своей смерти Бычий Медведь передал летопись некому другу, чей сын, вероятно, продал "перечень зим" белому коллекционеру10. Продажа "перечня" могла произойти только в резервационный период. Это предположение подтверждается записями Уокера, свидетельствовавшего, что при отце Безухого по имени Шагающий Орел, хранившего "перечень", летопись состояла из пиктограмм и заканчивалась 1888 годом. До того как "перечень" покинул оглала он был скопирован и летописание продолжалось на распространившихся копиях вплоть до 1936 года. Интересно, что все сохранившиеся копии оригинального "перечня", которые в свою очередь можно с полной уверенностью можно назвать независимыми "перечнями зим", сохранились в письменном виде, с годовыми формулами записанными, в большинстве, на диалекте лакота. Данное обстоятельство наводит на мысль, что оригинальный "перечень" с пиктограммами навсегда покинул резервацию и безымянный грамотный индеец лишь скопировал годовые поименования, записав формулы на диалекте лакота.
Пятнадцать "перечней зим" принадлежат летописной традиции Безухого/Бычьего Медведя. К сожалению, оригинальный "перечень", увезенный неким белым коллекционером, до сих пор не обнаружен. Все летописи традиции Безухого были собраны в XX веке, некоторые были найдены совсем недавно.
Группа "перечней зим" Американской Лошади состоит из одной летописи известной как "перечень зим" Американской Лошади. Летопись начинается 1775 годом и заканчивается 1878 годом - вскоре после этой даты доктор Уильям Корбусье приобрел копию летописи в резервационном агентстве Пайн-Ридж. Летопись состоит из пиктограмм нарисованных в конторской книге в линейной форме слева направо и письменных объяснений к событиям на английском языке, надиктованным Американской Лошадью через переводчика. Можно лишь предположить, что неизвестный летописец начал фиксировать события в конце XVIII века, и впоследствии "перечень" неким образом попал в семью Американской Лошади. Это предположение подтверждается записями Уильяма Корбусье, согласно которым хранитель "перечня" Американская Лошадь утверждал, что летопись начал его дед и затем летописание продолжил его отец, которого звали Сидящий Медведь11. Согласно той же летописи, отец Американской Лошади родился приблизительно в 1805 году ("Когда дакота собрались на совет с белыми на берегах Миссури"). Тридцать лет прошло с первой даты зафиксированной в "перечне" до года рождения отца Американской Лошади, но необходимо также прибавить некоторое время требуемое для взросления отца Американской Лошади (не менее двадцати лет) и, соответственно, за получившийся период в пятьдесят лет летопись не могла хранится у одного человека и, скорее всего, существовало два или более хранителей-предшественников отцу Американской Лошади.
Ни один из известных оглальских "перечней зим" не проходят под именем Красного Облака, чьим именем названа третья группа оглальских "перечней зим" по Уокеру. Вероятно, "перечень" Красного Облака не сохранился до наших дней, или известен под другим именем.
Кроме упомянутых Джеймсом Уокером трех групп оглальских "перечней зим" существует еще пять летописных традиций. Традиция Короткого Человека (Вичаша Чикала) представлена одним "перечнем зим" Короткого Человека, фиксировавшим события 1821-1913 годов, с сохранившимся пиктографическим рядом, изображенным в школьной тетради по одной пиктограмме на каждой странице, а устные годовые поименования были записаны Уокером на лакота и английском в 1913 году под диктовку последнего хранителя летописи Короткого Человека. По событиям зафиксированным в "перечне" летопись Короткого Человека очень близка традиции Безухого, что наводит на мысль о происхождении обеих традиций из близкородственных оглальских общин, долгое время кочевавших вместе.
Летописная традиция Убийцы Белой Коровы (Птесан Вичакте) известна только по одному "перечню" виденному в 1879 году Уильямом Корбусье в Пайн-Ридже. Корбусье не смог приобрести копию летописи и лишь смог узнать и переписать по-английски большинство объяснений годовых событий. Согласно этим записям можно утверждать, что летопись фиксирует события, по-крайней мере, с 1775 по 1878 года. "Перечень зим" Убийцы Белой Коровы по известным годовым поименованиям близок летописной традиции Безухого, хотя не повторяет схожести "перечня" Короткого Человека.
Следующая летописная традиция представлена двумя "перечнями" - летописью Железной Вороны (Канги Маза) и летописью Раненого Медведя (Мато Опи). Эти "перечни" различаются друг от друга в основном в фиксации событий резервационного периода. Летопись Железной Вороны, начинающаяся 1785 годом и заканчивающаяся 1902 годом, сохранилась в письменном виде на диалекте лакота, а летопись Раненого Медведя, фиксирующая события 1815 - 1896 годов, состоит из пиктограмм, расположенных в "серпантинном" порядке, а годовые поименования на языке лакота приписаны непосредственно под рисунками.
Традиция Владельца Красного Коня (Шункхинша Юха) сохранилась в двух летописях: "перечнях зим" Моисея Владельца Красного Коня (события 1786-1968 годов)12 и его внучки Анжелики Огненный Гром (события 1786-1908 годов). "Перечень" Анжелики Огненный Гром хранился в тетради с пиктограммами нарисованными на отдельных страницах. Вероятно, так же выглядел "перечень зим" Владельца Красного Коня, но впоследствии летопись была перерисована на шкуру в линейном виде. Эти "перечни" являют более семейственную традицию, нежели все остальные летописи оглала. Известно, что Владелец Красной Лошади начал вести летопись в начале XX века, обратившись к устной традиции и рассказам стариков. Предположительно, он также задействовал некий неизвестный "перечень зим" племени оглала, т.к. начал летопись 1786 годом, что было бы невозможно при обращении только к устной традиции. Это предположение подтверждается тем, что вместе с письменными годовыми поименованиями на диалекте лакота и английском языке, сохранился пиктографический ряд обоих летописей. Кроме того выявлена определенная близость зафиксированных событий с летописной традицией Железной Вороны-Раненого Медведя.
Последняя из известных на сегодняшний день летописных традиций племени оглала названа по имени хранителя единственного "перечня зим" принадлежащего этой традиции - Облачный Щит (Махпийа Вахачанка). Пиктографическая копия "перечня зим" Облачного Щита была приобретена доктором Уильямом Корбусье в Пайн-Ридже в одно время с летописью Американской Лошади. Пиктограммы нарисованы в линейном порядке слева направо в той же конторской книге, где изображен пиктографический ряд "перечня зим" Американской Лошади. Объяснения годовых событий были записаны с помощью переводчика со слов хранителя Облачного Щита. Летопись начинается 1777 годом и заканчивается 1878 годом, а по зафиксированным событиям близка к традиции Американской Лошади. Из всех известных хранителей оглальских "перечней зим" Облачный Щит наиболее близок по родству к вождю Красному Облаку. Отец Облачного Щита, Красный Пес был вождем одной из оглальской общины и приходился Красному Облаку братом; Облачный Щит, таким образом, был племянником вождя Красное Облако.

Итак, среди нации оглала выявлено не менее семи летописных традиций:

  1. Безухого (No Ears),
  2. Американской Лошади (American Horse),
  3. Короткого Человека (Short Man),
  4. Убийцы Белой Коровы (White Cow Killer),
  5. Железной Вороны-Раненого Медведя (Iron Crow-Wounded Bear),
  6. Владельца Красного Коня (Red Horse Owner),
  7. Облачного Щита (Cloud Shield).

Семь оглальских традиций можно объединить в три группы по схожести фиксированных событий:

  1. Безухого - Короткого Человека- Убийцы Белой Коровы,
  2. Американской Лошади - Облачного Щита,
  3. Железной Вороны -Раненого Медведя - Владельца Красного Коня.

Кроме того есть определенная близость отдельных "перечней" друг с другом, например, "перечень зим" Американской Лошади и "перечень зим" Железной Вороны.
Выявляется и схожесть отдельных "перечней" и даже летописных традиций с летописями других племен тетон-лакота и янктонаев. Традиция Безухого имеет ряд параллелей с традицией Белого Быка племени миннеконжу, особенно на примере событий XVIII века, а вместе эти традиции схожи с "перечнем зим" Пламени из племени итазипчо. Та же традиция Безухого близка с традицией племени брюле Баттиста Доброго по фиксации событий конца XVIII века. Подобные параллели наводят на мысль о тесном родстве и совместном кочевании отдельных оглальских общин с родственными племенами тетон-лакота, а на ранней стадии истории можно выявить интересные теории генезиса народа оглала и других тетон-лакота.
Общее число лет, знаменательные события которых отражены в оглальских летописях, начинающихся в 1759 году и продолжающихся по 1968 год, равно 209 годам. Двести лет - небольшой срок в исторической перспективе. Но для нации оглала это история народа, повествующая о событиях начала мира, и вплоть до последних происшествий в современном мире. Более двух сотен событий затрагивающих умы и помыслы живших в разные времена индейцев племени оглала зафиксированы в летописях. Военные столкновения, заключение мира, эпидемии и болезни, внутриплеменные и внутриобщинные отношения, сверхъестественные происшествия и проведение религиозных обрядов, метеорологические и астрономические наблюдения, сообщения некрологического плана - таков сокращенный перечень событий занесенных в племенные истории.
Во множестве случаев объяснения сохранившихся пиктограмм и лаконичные годовые формулы в достаточной мере отличаются друг от друга. Это объясняется давностью события для современников и потерей действительной памяти, что же произошло в тот или другой год. Интересно, что "перечни зим" с сохранившимся пиктографическим рядом предлагают огромную помощь в виде рисунков-пиктограмм, которые не менялись со времени начала каждой летописи. Пользуясь пиктограммами как летописной первоосновой можно попытаться вычленить из нескольких письменных интерпретаций записанных первыми исследователями или отличных друг от друга годовых поименований на диалекте лакота или английском некий вариант наиболее близкий к оригинальной формуле. В случае с письменными формулами на диалекте лакота разночтения появились по причине неправильной записи латинским шрифтом лакотских слов, так как до недавнего времени не существовало единой орфографической системы для диалекта лакота и, впоследствии, возникали трудности в правильном прочтении отдельных слов различающихся по незначительным фонетическим признакам.
Существует мнение, что сохранившиеся годовые поименования "перечней зим" представляются более в календарном ключе, нежели в истинно летописном понятии. Иными словами "большинство "перечней зим", объединяя различные по времени события вместе, не имеет абсолютно никакого отношения к повествовательной истории"13. Мнение может быть относительно верно, особенно в вопросе о "перечнях зим" собранных после первого десятилетия XX века. Но приобретенные в 1879 или 1880 году Уильямом Корбусье две летописи Американской Лошади и Облачного Щита и неполная летопись Убийцы Белой Коровы предлагают иную схему. Объяснения следующих друг за другом событий связанны между собой и интерпретируются как продолжение предыдущего события. Быть может эта особенность была присуща всем "перечням зим" раннего периода, и летописи предлагали именно повествовательную историю племени или отдельной кочевой общины. Но с прошествием времени и утратой некоторых традиций ведения и обращения к племенным хроникам к началу XX века, "перечни зим" приобрели признаки присущие календарям.
Анализируя события оглальских "перечней зим" мы приходим к выводу, что индейские летописи фиксируя события так или иначе касающиеся племя оглала претерпели ряд изменений за все время летописания. Пиктограммы и письменные годовые формулы "перечней зим" отражающих события конца XVIII - начала XIX веков в большинстве своем фиксируют события связанные с кражей или потерей лошадей, военные стычки и культурные контакты с земледельческими полукочевыми племенами Верхнего Миссури (арикара, мандан, хидатса), белыми торговцами и путешественниками и другими представителями не-дакотских народов. В это время интенсивно продолжалось освоение и заимствование навыков кочевого быта, бывшие насельники лесных районов превращались в типичных кочевников, с поразительной быстротой утрачивая прежние традиции. Сложившиеся в конце XVIII - начале XIX века межплеменные отношения в большинстве были сохранены в течение XIX века.
Где-то приблизительно после 1820 года произошел сдвиг и летописцы-хранители "перечней зим" стали фиксировать множество событий связанных с обеспечением соплеменников продовольствием, происшествиями межобщинного характера, мистическими и сверхъестественными феноменами. Хотя события затрагивающие межобщинные отношения племени оглала часто фиксировались и в ранний период истории, все же знаменитый раскол оглала в 1830-х годах на "Народ Медведя" и "Народ Дыма" разделил племя на две враждебные фракции на весь оставшийся период вольной истории. И лишь тенденция к сохранению племенного единства и самосознания, возникшая после военного поражения в войне с Соединенными Штатами, сумела преодолеть внутриплеменные разногласия.

Подводя итог, хотелось бы отметить наиважнейшую ценность "перечней зим" племени оглала как знаний о том, что представители отдельного общества, в данном случае индейского кочевого народа, желают запомнить о себе самих, то есть об их взглядах на историю. Существуют определенные трудности в признании подобных племенных историй по причине непонимания языка или рисунчатого письма. Кроме того каждый "перечень зим" требует хранителя-рассказчика для обращения к пиктограммам и кратким языковым формулам/поименованиям.
"Перечни зим" племени оглала представляют собственную историю кочевого народа, существенно дополняя другие источники, а порою проливают свет на неизвестные или непонятные моменты истории Великих равнин. В заключение можно привести слова современного исследователя лакотских "перечней зим" Стефена Ферака: "Историки творят историю. Хранители и творцы индейцев сиу ... не сильно отличаются от своих двойников в других обществах ... Календари сиу не слишком хорошие исторические источники сами по себе, но без них наше представление о истории и культуре сиу в целом, будет действительно неполным"14.


1. Raymond J. DeMallie в его издании работы James R. Walker "Lakota Society", ed. by Raymond J. DeMallie, University of Nebraska Press, Lincoln, Nebraska, 1992, p. 113.

2. Пиктографические летописи степных индейцев Северной Америки известны также под другими научными терминами - "хроники", "истории". Часто применяется термин "календари", обращающий внимание на календарные функции индейских летописей.

3. В настоящее время найденные свидетельства существования "перечней зим" и полевые исследования ученых документально подтверждают бытование традиции летописания среди ряда племен: арапахо, шайенов, понка, кайова-апачей, хидатса, апачей, санти-сиу, и, вероятно, пауни. Среди племен, чьи сохранившиеся летописи позволяют называть их настоящими хранителями летописных традиций, обычно называют: племена тетон-лакота, янктон и янктонаев, племена черноногих, племя кайова, манданов и кутенаев.

4. James R. Walker, "Lakota Society", ed. by Raymond J. DeMallie, University of Nebraska Press, Lincoln, Nebraska, 1992, pp. 61-62.

5. Elaine A. Jahner в James R. Walker "Lakota Myth", ed. by Elaine A. Jahner, University of Nebraska Press, Lincoln & London, 1983, p. 25.

6. Garrick Mallery, "Pictographs of the North American Indians"; 4-th Annual Report of Bureau of American Ethnology, Washington, 1893, p. 91.

7. Stanley Vestal, "Warpath: True Story of the Fighting Sioux as Told in a Biography of Chief White Bull"; Houghton Mifflin Co., Boston & New York, 1934, p. 239.

8. Весьма вероятно, что Бычий Медведь пал от руки самого Красного Облака, мстившего за смерть своего отца, вождя по имени Дым, известного также как Старый Дым.

9. Ronald McCoy, "Winter Count: The Teton Chronicles to 1799"; Unpublished dissertation, Northern Arizona University, 1983, p. 90.

10. Raymond J. DeMallie в его издании работы James R. Walker "Lakota Society", ed. by Raymond J. DeMallie, University of Nebraska Press, Lincoln, Nebraska, 1992, p. 88.

11. William Corbusier в работе Garrick Mallery "Pictographs of the North American Indians"; 4-th Annual Report of Bureau of American Ethnology, Washington, 1893, p. 129.

12. "Перечень зим" Владельца Красного Коня велся по-меньшей мере до 1968 года (более современных данных, к сожалению, нет) силами его внучек Анжелики Огненный Гром и Лидии Синей Птицы.

13. Raymond J. DeMallie в его издании работы James R. Walker "Lakota Society", ed. by Raymond J. DeMallie, University of Nebraska Press, Lincoln, Nebraska, 1992, p. 114.

14. St. E. Feraca, "The Discovery of a Sioux Indian Calender"/ New Europe 3 (1974), Luxemburg, p. 9f.

Нагоре

Дар от Седящата Черноглавка (2006)